www.bi-tex.com

Градостроительные решения в современной архитектуре

В наши дни строительство отдельных сооружений и их комплексов ведется преимущественно по твердо усвоенной марксистско-ленинской методике: сначала принято "разрушить до основания" то, что было, затем место очищается от останков "старого мира", дабы ничьи архитектурные творения прошлых лет и никакие природные "препятствия" не мешали разгулу творческой фантазии современного архитектора. "Новый мир" чаще всего возводится в примитивно-клетчатом образе. "Зачистка" площадки строительства столь же привычно включает в себя тотальную вырубку деревьев, чтобы они не мешали работе "современной высокопроизводительной импортной техники".

Для соблюдения гражданского спокойствия и предотвращения пикетов или демонстраций, провоцируемых естественными чувствами жалости к природе и протеста против нарушения права на экологически благоприятную среду обитания, в таких ситуациях применяются, помимо модных в наши дни силовых методов "решения вопросов" с населением, давно испытанные бюрократические приемы.

Во-первых, деревья разделяют на "ценные" и "малоценные", а кустарники и травянистые растения зачисляют в изгои, вообще не заслуживающие упоминания. Такая псевдонаучная система классификации предполагает, что биотоп может существовать будучи составлен исключительно из организмов, назначенных чиновниками от науки в разряд "ценных", а вовсе не в системной природной совокупности разнообразных представителей живого мира, дополняющих друг друга. По этой странной логике получается, что сохранять требуется лишь некоторые разновидности деревьев, а все остальное - почва, травянистые растения, кустарники и множество "малоценных" типов деревьев - либо не нужно совсем, либо появится само собой. Но, как известно, "само собой" ничего не появляется, даже сине-зеленые водоросли.

Во-вторых, старые постройки называют в устных дискуссиях "лачугами", "хибарами", "развалюхами", а в официальных документах - "сооружениями со стопроцентным износом", "морально устаревшими или "аварийными" зданиями и другими подобными уничижительными словами. Как ни странно - учитывая долголетний опыт обмана населения правительством, но описанные словесные манипуляции безотказно выполняют роль гасителей протестных настроений и выстраивают местных жителей в ряд покорных туземцев, которым законы, нормы и другие казенные бумаги легко застят очевидную реальность.

После ликвидации исторической застройки и крупномерных растений удаляются сформировавшиеся за многие столетия естественным путем исконная почва, травянистые растения, иная флора, а также оставшаяся - поскольку не способна убежать, фауна. Затем "место", превращенное таким способом в "территорию", утюжится бульдозерами до безличного плоского состояния "площадки", которая не имеет никаких свойств, кроме технических.

Подобным образом организованный инвестиционно-строительный процесс лишает любое Место исконного природного ландшафта и вырывает его из этнокультурного и исторического контекста. При этом у Места теряются все основные факторы уникальности, кроме условных географических координат и содержания недр.

У человека всегда имеется возможность выбора: либо создать дружественный природе и выразительный архитектурный ансамбль такого качества, чтобы он сохранил дух Места и улучшил его характеристики, либо поступить, как современные градостроители. Стирание с лица Земли самобытных Мест для возведения там заурядных "коробок" - это весьма опасный процесс с далеко идущими социально-биологическими последствиями.

К сожалению, не только большие города в наши дни развиваются в беспощадной борьбе с природой, историей и духом Места. Хотя это по своей сути чудовищно, но точно таким же манером создаются в пригородных зеленых зонах коттеджные поселки, куда после завершения строительства издалека завозят искусственно приготовленный почвенный субстрат, чужие травы и высаживают новые растения - зачастую тех же пород, которые были вырублены и срезаны вместе с почвой. В итоге, в урбанизированной ткани формируется ущербный биоценоз, который требует серьезной и длительной искусственной поддержки, но, тем не менее, он никогда не сможет достигнуть качества когда-то существовавшего на этом месте природного биоценоза, формировавшегося тысячелетиями.

Насильственная урбанизация, не дающая людям возможности выбора иного образа жизни, и сегодня производится по "красивым" на бумаге и на словах генеральным и иным планам, упорно рисуемым в коммунистическо-модернистских канонах. Согласно популярным и сегодня гигантоманским проектам, передвижение туда-сюда миллионов кубометров грунта и переселение тысяч людей - это просто технические показатели проекта и действия одного и того же порядка. О миллиардах других "перемещенных лиц" - живых существах, представляющих местную флору и фауну, грибы и микроорганизмы - практически никто не думает, а ведь при строительстве уничтожаются или нарушаются их исконные места обитания, причем безвозвратно.

Не столь уж редко случается, когда экологический раздел любого проекта представляет собой просто формальную отписку либо демонстрирует весьма ограниченную заботу о природном окружении, обеспечивая всего лишь соблюдение пока еще неполных и не совсем совершенных норм ПДК и ПДУ вредных веществ и воздействий, а также сохранность только нескольких пород деревьев, называемых ценными. Вся флора вкупе с местной фауной, микроорганизмами и почвой, составляют единый биоценоз, способный полноценно функционировать только при наличии всех элементов, поскольку является сложной системой, сбалансированной естественным образом за время, измеряемое веками. Проблемы биотопов как целостных систем при проектировании и строительстве во внимание, практически не принимаются.

С позиций холистических, рассматривающих происходящее на Земле как многовековую цепь взаимосвязанных и зависящих друг от друга событий, в природе нет лишних или малоценных организмов, которым можно безнаказанно создать условия для вымирания или прямо уничтожать. Нужно ли - так же, как при решении о переселении людей - в случаях изменения или ликвидации нормальных условий жизни для "братьев наших меньших" руководствоваться моральными критериями - остается вопросом дискуссионным. Но не вызывает сомнений, что оценивать и то, и другое следует не только в критериях экономики и техники, но и пользуясь понятиями из экологической и социально-психологической сфер.

Отсюда с очевидностью вытекает, что проектирование любых изменений среды обитания человека, будь то на микро- или на макроуровне, особенно если это связано с затратными и разрушительными строительными методами, обязано предусматривать не революционные, а эволюционные процессы. В отличие от любимых многими теоретиками скачкообразных изменений, которые должны происходить по известному принципу "детской непосредственности" - "здесь-сейчас-все-сразу", особенности пологих процессов, или, говоря другими словами, три кита, на которых зиждется эволюция, трактуемая как позитивное развитие, таковы:

А) медленное наращивание, то есть постепенное количественное увеличение уже существующих реалий, б) вдумчивая замена, то есть ликвидация или переквалификация любой реалии по принципу: "семь раз отмерь, один раз отрежь" на основе расчета: стоит ли менять "шило на мыло" и каковы будут последствия, в) осторожное внедрение, то есть привнесение чего-то нового, осуществляемое без задевания интересов "тарожилов" путем деликатного встраивания в систему, заранее понимая на какое место и почему.

Пора бы уже специалистам, созидающим и управляющим искусственной средой, понять, что, по большому счету, все строительные проекты требуют последующего наблюдения не только за прочностными характеристиками построек, но и с точки зрения любых других последствий, как скорых, так и отдаленных. Анализ подобных данных мог бы составить свод бесценного опыта о поведении построенной среды обитания по отношению к человеку и природе.

Но даже сегодня, когда стало ясно, что новое - не значит лучшее, что научно-технический прогресс имеет пугающую оборотную сторону, что чем масштабней проект, тем больше вредных последствий он приносит, все равно мониторингом и анализом происходящего в рукотворном пространстве после того, как оттуда уйдут архитектор, строитель, монтажник и наладчик ни в одной стране никто системно и целостно не занимается. В лучшем случае ведется учет и анализ строительных аварий, а комплексные исследования "нормальной" жизни зданий и сооружений, если она не сопровождается серьезными разрушениями, не производится.

Строительство, в широком смысле этого слова, сегодня по многим аспектам своего развития уподобляется современной медицине, которая забыла о профилактике и здоровом образе жизни, занимаясь хирургической и медикаментозной ликвидацией последствий, вместо того, чтобы искоренять причины недугов.

В наибольшей степени лишены внимания постройки непромышленного назначения, где эксплуатационные риски низки. Время от времени отрывочные данные о том, как ведут себя постройки, что испытывают их обитатели и как совместное функционирование "мертвого" и "живого" миров сказывается на окружающей среде, доводятся до сведения общественности специалистами по технической надежности, экологами, работниками санитарно-гигиенической сферы. На основе тревожных сведений, обычно под давлением активных слоев населения, правительством принимаются либо имитируются какие-то меры, и все затихает до следующего громовержения.

Криминологический, психофизиологический, социальный срезы функционирования рукотворных объектов во взаимодействии с природной средой не изучаются, а если исследуются, то не афишируются, причем в проскальзывающих официальных комментариях черное продолжает выдаваться за белое. В результате, общество и специалисты, уполномоченные защищать интересы всех его членов и групп, до сих пор не ведают, "что такое хорошо и что такое плохо", а также не обучены принимать оптимальные решения. Поэтому ошибки и неэффективные схемы продолжают плодиться и множиться.

Вне всякого сомнения, одним из грандиознейших градостроительных провалов было сооружение города Бразилиа. Модернистская мечта была воспета в монографиях, трудах архитектурных критиков, историков и других специалистов, а также в речах общественных деятелей и политиков, у которых, вероятно, примитивные механистические архитектурные формы занимают весь объем мозга, поэтому для анализа функционально-содержательного наполнения возможностей уже не встается. Новая столица Бразилии продемонстрировала на живом примере антигуманность умозрительных схем и показала архитектурное будущее человечества, которое нормальных людей может только ужасать.

Рейтинг: 
0
Оценок пока нет

Интересно

Гранит и продажа изделий из натурального камня
Все новое – хорошо забытое старое. И эта мудрость удивительным образом подходит к граниту – наверное самому сегодня широко используемому натуральному камню. А ведь два-три десятка лет назад этот камень был незаслуженно забыт. Хотя всем известно, что гранит широко использовался еще с древних времен. Даже при изготовлении саркофагов египетских фараонов. Но уже на сегодняшний день этот натуральный камень вновь оказался в центре внимания и строителей, и тех, для кого строительство осуществляется. Между прочим, в смысле прочности он уступает только...

Опрос

Есть ли у вас баня?
Да, есть
29%
Нет, но хочу построить
57%
Нет
14%
Всего голосов: 7